Я зашла почитать и обнаружила неконтролируемое желание написать и приложить картинок.

На этих фотографиях я ещё не знаю, что мой собственный мировой кризис затянется, но закончится, что я стану значительно лучше, и пока даже не думаю о переезде в какую-то Москву.

Несколько лет назад я обнаружила то, что люди с философским образованием называют «осознанная рефлексия художника». И теперь каждую осень я могу только писать, снимать в стол или по детализированному техническому заданию и много думать на тему: «Могу ли я?»; змея жрёт хвост, круг замыкается, а воз и ныне там.

(Здесь был долгий текст об этом)

Анни Лейбовиц в книге, которую я никак не могу прочитать – вместо вcтупления рассказ о том, как она ползла по склону Фудзи c камерой Фуджи 6 на 9, вверх, до самых высот, и как она туда всё-таки потом доползла. Обычно на этом месте книга закрывается, но иногда я всё-таки продираюсь дальше.

Она говорит, что чувство кадра появляется и совершенствуется с годами и архивы надо не безжалостно удалять, а конструктивно пересматривать со временем, прислушайтесь к женщине.

Есть у меня такая традиция, каждый год делать автопортрет к этому дню.
Посмотрим же ретроспективу (и посмеёмся).

Маршрут: Бангкок – Хат Яй – Пак Бара – Ко Липе – Пак Бара – Хат Яй – Бангкок. В столице Таиланда мы провели неделю и остались бы ещё, сумей сдать билеты.

С собой у меня был стандартный набор нищеброда: хороший убитый никон д50, полтинник и 18-70мм, а также вспышка. От влажности у никона отвалилась задняя вкладка под палец, но остался слой неприятного и тягучего клея. После того, как эта протоплазма оказалась везде, включая моего спутника, денежные купюры, ноутбук, обратные билеты, запас ирисок и мятный бальзам для губ, я покрыла её ровным слоем наклеек из магазина для девочек.

Теперь это самый кавайный никон д50 в восточной Европе. My other camera is epic, как говорят коллеги по гильдии, так что фото на телефон:


Я так упрямо старалась по максимуму не снимать банальных снимков «я и моя сраная Азия», что с трудом нашла две фотографии напечатать бабушке.

Первые фотографии – 2005, второй курс, последние – конец 2008, диплом, вы заметите разницу. Не могу сказать, что они несут в себе какую-то ценность, кроме констатации факта.

КАМАК из 335/18 и лаборатория 326/18: все, травмированные специальностью «информационно-измерительные системы» кафедры автоматизации экспериментальных исследований киевского политеха, знают эти места наизусть.

Как я ненавидела методы и средства измерений! А сколько нервных клеток потеряно: экзамены, защита курсового «Преобразователь напряжение-частота» на две недели позже последнего дедлайна, предзащита диплома, подписывание каждого чертежа формата А1, метрологии и спецификаций.

У фотографа Михала Шлаги из Гданьска есть серия «What made me?», и если бы я снимала свою – посетила бы политех ещё раз.

А вас что сделало?

Капитан Очевидность сообщает, что это как бы противоположность предыдущим фотографиям. Плёнка простояла год в холодильнике, а потом переехала из Киева в Москву.

С этим местом, как и с территориями связано очень многое.

Моя жизнь никогда не будет прежней.

Судя по комментариям к предыдущей записи – здесь отличный ресурс с прекрасными людьми. Нет, правда.

Берегите голову.

Тут было много текста о разном, включая комикс «Watchmen» (для не читавших вполне сойдёт фильм) и слово «hate» на левом кеде, но я вовремя вспомнила, что являюсь сторонником подхода «если надо объяснять, то не надо объяснять».

Тест Роршарха. Лучше расскажите, что в пятнах видите: бабочку или мёртвую собаку*?

* – pop-culture reference.
** – pop-culture reference.

Дождливое утро четверга (кстати, дорогие мои москвичи, у вас всегда такое лето?) встречает нас двумя напоминаниями, которые я стараюсь держать в голове. Вторая фотография – из редакции журнала о шоппинге.



Я снимаю и собираю подобные напоминания из коллективного бессознательного, тщательно складируя их в папку «знаки».

Каждый пост надо заканчивать фразой: а у вас как?